no images were found
Часть I здесь
Зачем исландцы топят джипы? Я уже высказывал предположение, что исландцы топят джипы потому, что больше не могут топить женщин. Давным-давно – после Реформации – бытовал на острове такой очаровательный обычай. Допустим, Вы извращенец, страдающий религиозно-половым расстройством. Согрешив во сне или наяву с некой особой, Вы предали высокие идеалы пуританизма, за что испытываете совестливые угрызения. Чтобы вернуть психологический комфорт, нужно переложить ответственность на эту особу. Нет ничего проще: ступайте на ежегодный исландский «сходняк» (тинг) и объявите эту особу «приблудодеянкой» (нет, вы только гляньте, с каким бесстыдством она кутается в бесформенный исландский свитер в блудливых катышах!). Тинг Ваши претензии рассмотрит и непременно порешит утопить особу в ледяном ручье, протекающем в зловещей трещине между континентами, где проходят его «заседания». Нет особы – нет проблемы.
no images were found
Сегодняшние исландские особы сами кого хочешь утопят, да и в Исландии XVII века эта практика, к счастью, не шибко прижилась. Всего на Полях Тинга за всю эпоху «протестукнутого» фундаментализма утопили 18 женщин. А исландские мужчины дня сегодняшнего отрываются на своих железных конях, исправно погружая их в стремительные горные реки. Мне остается поведать любезному читателю, которого я только что обозвал «извращенцем», что приведение в исполнение так называемых «джип-сафари» – моя профессиональная обязанность. Весьма приятная – пока джип куда-нибудь не провалится, не застрянет или иным образом не превратится в бесполезное ведро с гайками.
no images were found
А такое бывает нередко. Остановишь, бывает, машину в песке у обочины, чтобы дать туристам возможность «оправиться», а она засядет так, что, сколько не тяни за ручки и рукоятки в кабине, все равно зароешься по самую крышу. Допустим, повезет, и из песка тебя выдернет другой джипер. Но при этом сломается пневматическая подвеска, и многоместная «будка» машины пойдет вприсядку на поворотах, как казачок из культурной программы. Устав биться головами о потолок, машины туристы непременно попросят раздать им строительные каски.
no images were found
Туристы вообще существа неблагодарные. Мой девятиместный «дифендер» сходит, наконец, с асфальтовой трассы. Белой пемзой манит гравийная тропа, пролегающая неподалеку от вулкана Гекла. Она петляет среди лавового бурелома, круто вздымаясь и низвергаясь с остроконечных горок. Поддавшись соблазну, я пришпориваю истосковавшийся по бездорожью джип: в кабине наступает невесомость. Паря над водительским сидением, я ощущаю себя артистом Цирка дю Солей. «Летающий джипер» – объявляет конферансье, и я выезжаю на арену в открытом джипе, облаченный в рогатый шлем викинга. Я – скейтбордист на джипе: он катается вверх-вниз по дуге, я кувыркаюсь, как тупик, совершивший аварийную посадку. В «джиперизме» я Уле, Эйнар, Бьорн, блин, Дален!
no images were found
Ньютон утверждал, что предметы разного веса падают с одинаковой скоростью. Мой жизненный опыт не позволяет с этим согласиться. «Дифендер» явно тяжелее меня, но его крыша вначале отстает, а потом лупит мне по башке при очередном приземлении, вбивая в жесткое сидение. Под машиной стонут пружины. Это вам не Бьорндален. Я никогда не учил норвежского, но из исландского догадываюсь, что фамилия маститого биатлониста переводится как «медвежья долина». Это Домадалюр – «Долина Судного Дня». Она лежит на горной тропе F225, ведущей к горячим источникам и ярким риолитовым склонам Ландманналёйгар в сердце Исландии. Жутковатое место, пропитанное Страшным Судом, как исландский торт «дьёблакака» (дьявольский торт) топлёным маслом со взбитыми сливками. Какой викинг откажется передохнуть в Долине Судного Дня, окутанной апокалипсическим величием, как Гекла облаками? Я делаю привал. Открываю заднюю дверь, чтобы выпустить туристов. Вестибулярно шокированные, они сползают по ступенькам джипа, как желейные мишки зеленой окраски. Не пойму я людей: я подарил им олимпиаду невесомости, а они вцепились в традиционные гравитационные ценности, как в предолимпийский курс евро!
no images were found
Настороженный реакцией пассажиров на мои джиперские пируэты, я решаю в дальнейшем делегировать управление исландским водителям профессионалам – особенно в зимний период. Но и тех влекут приключения, как тупиков разноцветные флажки, которыми исландцы приманивают этих комичных пернатых. Вот и первое в этом году джип-сафари вышло нескучным.
no images were found
Утро началось со сбора расселившихся по всему Рейкьявику туристов. День намечался ясный, но под аккомпанемент шквального ветра. Мы заехали в отель «Гранд», расположенный в деловом центре Рейкьявика. Преодолевая порывы ветра, я достиг входной двери, на которой обнаружил записку на исландском и английском языках: «Главный вестибюль закрыт на ремонт – пользуйтесь южным входом». Исландцы охотно, но не всегда достоверно, указывают на части света в своих географических названиях. Ойстюрбайер, например, переводится как «восточный город», но находится скорее на западе Рейкьявика. И совсем абсурдно ожидать, что турист, прибыв в новый город, сразу освоит в нем стороны света.
no images were found
Я-то сам точно знаю, что юг – в сторону аэропорта, а север – там, где из залива бьет столб света, установленный Йоко в память о Джоне. С южной стороны отеля, как я и предполагал, входа не обнаружилось. Мешая русскую и исландскую брань, я двинулся на север по стрелке, изображенной на бумажке с призывом «ходить на юг». В северном крыле южных дверей не обнаружилось, но нашелся служенный вход, которым я опрометчиво воспользовался. «Гранд» – не крупный отель по понятиям Бенидорма или Дубая, но достаточно большой по рейкьявикским меркам, и хозяйственная часть у него вообще обширная. Я долго скитался по прачечным, кладовкам, кухням, подсобкам, пытаясь найти дорогу в фойе или обратно на улицу. В результате безнадежно заблудился. Иногда мне попадались люди азиатской внешности в рабочей одежде. Они взирали на меня с непониманием и, тыча кухонными ножами в мою сторону, что-то щебетали, не реагируя на мои мольбы на исландском и английском показать выход. Мобильный телефон, по которому я пытался дозвониться водителю, не брал сеть.
no images were found
За одной из бесконечных дверей оказался гигантский холодильник, и я забрел внутрь. Там висели туши баранов и прочая расчленёнка. Кто-то снаружи повернул ручку двери холодильника в положение «заперто», и я испугался. Я заколотил в дверь кулаками… Из холодильника меня выпустил дородный мужчина с обвисшими усами, похожий на персонаж из Кустурицы. Бормоча что-то про «пичку матери» (я подумал, что его мама разводит канареек), он довел меня до двери, развернул огромными лапищами в сторону южного входа, распложенного на востоке, и заявил, что «экзита не разумеет: сам нихт дейч, но выхода тама».
no images were found
Вернувшись из параллельного мира трудовой миграции на свет дня у «южного» входа, я увидел, что мой водитель Крис мечется с телефоном вокруг нашего суперджипа фургонного типа, пытаясь выяснить, куда я запропастился. Крис мне сразу понравился: молодой и худощавый, он излучал ненавязчивый оптимизм, свойственный молодому поколению исландцев, и не донимал туристов глупыми вопросами о наличии медведей на улицах российских городов. Крис поведал, что большеколесный фургон принадлежит не ему, а фирме, выразил надежду, что у клиентов хорошая страховка, ибо он едет по маршруту в первый раз. Посмеявшись собственной шутке, Крис пообещал, что обязательно доберется до Ландманналёйгар, чтобы стать первым в этом году джипером, проникшим туда.
no images were found
На дворе стояло 3 января, и я не был убежден, что Крису это удастся. В зимнее время дорога к востоку от самой длинной в Исландии реки – Тйоурсау (280 километров) – вообще непроходима, а проезд с запада от гидроэлектростанции Сультартанги так заносит снегом, что не проехать даже по откатанной траектории, до сантиметра вычерченной на профессиональном навигаторе.
no images were found
До того, как мы сошли на джип-тропу, произошло еще одно приключение. Туристы попросили Криса остановиться, чтобы пообщаться с коняшками, которые паслись в поле у дороги. Мы выгрузились из машины и направились к лошадкам, но обнаружили, что между нами пролегала замерзшая ирригационная канава. Частично замерзшая – а скорее растаявшая. Это стало ясно, когда я пошел прокладывать через нее дорогу. Едва ступив на лед, я провалился по пояс – причем не в воду, а в липкую жижу фекальной окраски. Трясина не отпускала, и выбраться из нее самостоятельно не было совершенно никакой возможности. Я тянул к туристам вымазанные «кáкой» ладони. Проявив гражданское мужество, они вытащили меня из трясины. Лошадки наблюдали мое погружение в глину с плохо скрываемым презрением, а когда меня извлекли, в ужасе разбежались.
no images were found
Я походил на индийского мальчика, вынырнувшего из нужника, в фильме «Миллионер из трущоб» (минус запах, надеюсь), поэтому Крис посадил мое г**но-демоническое величество в машину без штанов, накрыв сидение черным мусорным мешком. Уже вернувшись из Исландии, я постирал сдизайненные в Италии и изготовленные в Китае штаны, в которых совершил свое погружение. Вместо логотипа их украшает норвежский флаг. В исландской канаве, штаны изменили окраску на жизнеутверждающее поносную – как московские улицы, залитые реагентом – а норвежский стяг стал похож на шведский. В первоначальную цветовую гамму мои порты так и не вернулись.
no images were found
Мне удалось просушить брюки в барабане, предоставленном внимательными работниками высокогорного центра обслуживания Хрёйнэйар. Его название переводится как «островки лавы», но я бы назвал это место «островком среди лавы», ибо это последний форпост цивилизации на пути к Ландманналёйгар. Ботинки оставались мокрыми, но я надеялся просушить их в машине, пол которой горячел по мере того, как мы выходили на заснеженные просторы, не ступанные джиперами.
no images were found
Я никогда не вмешиваюсь в действия водителя – даже неверные – потому рулит все равно он. Тем более в такой интимный процесс, как ориентирование исландского лунохода-суперджипа в лавово-снежном буреломе по дороге в Ландманналёйгар. Хочу заметить, что – в отличие от всяческих песчаных сафари в так называемых «Дубаях» – джип-сафари в Исландии не понарошку: они не представляет угрозу для жизни, но несут риск застревания. Водители имеют дело с постоянно меняющейся водной, ледовой, снежной и погодной обстановкой: где-то чуть занесло, подтаяло или стало полноводнее, и пройденный вчера брод сегодня станет ловушкой. Я называю это проклятием утопленных исландок. Как Удины ледниковых рек, они подстерегают потомков топивших их пуритан на переправах, чтобы затянуть в коварные бездны – пока вода не зальет двигатель через торчащий нелепым перископом шноркель. Временами мне представляется мудрым сдаться и вернуться назад, не достигнув конечной точки, но туристам это может показаться халтурой.
no images were found
Отметив, что суперджип с все возрастающей натугой взбирается на снежные склоны, я осведомился у Криса, не пора ли разворачиваться домой, но тот хранил мужественное молчание и карабкался вверх как жук-навозник, снова и снова падая с одного и того же склона. Автоматическая трансмиссия начала перегреваться, и в машине становилось жарко и несвежó. Ботинки подсохли, и я сказал Крису, что мы покидаем джип. Чтобы облегчить ему весовую участь, а заодно расправить ноги и легкие. Мы взобрались на горку с похожим на каменный перст лавовым пупырышком. Я не раз фотографировал это образование раньше, но сейчас, отлучившись по малой нужде, едва не угодил в полость глубиной метра четыре у его вершины. Очевидно, проходившая здесь лава накрыла водное препятствие, вода перегрелась и прорвалась сквозь твердеющий лавовый щит газовым пузырьком, оставив на поверхности прыщеобразный полый пупырь. Интересно, как при ближайшем знакомстве оказывается, что знакомые черты исландского ландшафта хранят как приятные, так и неприятные тайны.
no images were found
Не назовешь приятным и то открытие, которое мы сделали, стоя на «высотке», куда пытался въехать Крис. Он ехал на заднем приводе! Передний явно не включался, о чем мы начали догадываться еще в машине. Сдавшись, Крис выбрал более пологий, но более заснеженный склон, и намертво засадил машину. Одолжив у меня телефон с московским номером, который, как он утверждал, ловил сеть лучше, чем его, Крис устремился по пояс в снегу на ближайшую горку, где по его расчетам должны была работать связь. Мы с интересом наблюдали его «танец снежного человека» снизу. Опасаться нам было нечего: стоял легкий солнечный морозец, снежные просторы манили на прогулку. Благо, до туристической базы оставалось всего пара километров. Так считал Крис, вернувшийся с гор, чтобы чинить механические «стаканы» на передних колесах джипа, с помощью которых подключается передний привод. На туристическую базу, как он выяснил, уже пробилась пара джипов: нас ждали.
no images were found
Мы вышли в поход по ослепительным снежным просторам. Идти предстояло не два километра, а все шесть, но погодные условия благоприятствовали нашему замыслу. Дорога мне была известна, потому что в последней перед лагерем реке я как-то погубил один из своих джипов. У него рассыпалось сцепление, и сегодня я вел клиентов той же дорогой. Беспокойство вызывала только сама река – неглубокая, но широкая – так как нам предстояло перейти ее вброд. Но мы хорошо справились с этой задачей. Один подкованный турист перенес дам на «закорке», а я прошлепал через реку прямо в видавших видах ботинках, которые успели еще раз намокнуть по дороге. Кто-то предпочел вернуться назад к джипу. Я предложил было держаться вместе, чтобы не стать жертвой – как в фильме-ужасе – какого-нибудь свирепствующего в районе Ландманналёйгар маньяка (барана-убийцы?), но настаивать не стал. Нормальные взрослые люди обычно нормально самоорганизуются, не допуская паники, а если уж паники пришла, ее не уймет и более опытный лидер, чем я.
no images were found
Когда мы достигли базы, стемнело. На встречу нам с базы выдвинулись два джипа «Патруля», но, как выяснилось, спасать они мчались не нас, а застрявший «Эконолайнер» с Крисом. На базе нас встретила суровая исландская женщина-рейнджер, всем своим видом выражавшая негостеприимство. «Шляются тут всякие, а мне потом домик убирать» – было написано на ее широком скуластом лице. Я попросил ее открыть туалет, занесенный снегом чуть ли не по самую крышу. Она стала упрямиться, утверждая, что туалет открыт. «Везет мне сегодня на упрямых людей, – удрученно размышлял я – от водителя, который во что бы то ни стало решил доехать до конечной точки на неисправном джипе, до женщины-трольчихи, убежденной, что мы прилетели из России и преодолели белое безмолвие только за тем, чтобы натоптать ей полы».
no images were found
Открыв, наконец, туалет, исландка сунула мне в руки ведро и потребовала, чтобы я набрал в реке воды для его промыва. Я хорошо знаю базу, но в темноте с сугробами, размером в дом, она преобразовалась до неузнаваемости. Я пошел черпать воду, но в очередной раз упал в реку! То ли я сам кого-то топил в прошлой жизни, то ли вода по мне скучает, но большинство джип-сафари почему-то протекает у меня с погружением в ледяные потоки.
no images were found
Мокрые ноги были не только у меня, но и у всех туристов, и мое терпение лопнуло. Собрав заячью ярость в кулак, я снял ботинки у входа в домик, как предписывается делать в Исландии, но не оставил у входа, а понес их внутрь на просушку у огня. Когда дорогу мне снова преградила «любезная» исландка, я ощутил прилив солидарности с исландскими мужчинами, топивших своих суженых в далеком XVII веке! Было за что! Хранительница горной базы поняла, что в меня вселяются Кромвель с Кальвином, который «нихт клайн», подкрепленные яростью война-безеркера. Она сменила гнев на милость, разлила какао, позволила высушиться и завела задушевную беседу. Давно бы так! На шум сверху из спального отсека спустилась удивленная русская пара. «Не ожидали услышать здесь русскую речь: специально искали самое безлюдное место на планете, но и сюда проникли соотечественники» – призналась русская туристка.
no images were found
«Не волнуйтесь: мы уедем, потому что завтра утром самолет!» – успокоил ее я. Пока я метался в потемках с ведром и падал в реку, часть туристов самостоятельно добралась до «купальни» – деревянной платформы, на которой можно раздеться и спуститься в горячий ручей. Я помню свое первое посещение Ландманналёйгар осенью 1990 года – еще в студенчестве. Долина окружена со всех сторон острозубыми горами, ландшафт – из «Властелина колец», над головою пронзительно яркие звезды, иногда северное сияние или звездопад. В термальной речке – упоительная нега (для тех, кто набрался мужества раздеться под открытым небом без комфортной раздевалки). Зима, звезды, пар изо рта, камни на дне так нагрелись, что обжигают сидение и поясницу, в руках баночка пива, рядом – любимая и верные друзья. Безмятежный сон на общей многоярусной лавке в спальных мешках. Мне не известен лучший рецепт для счастья.
no images were found
Едва не утопленная мною исландская упрямица одолжила мне шахтерский фонарик на ремешке. Кажется, я один беспокоился о том, вернемся ли мы в город, и был единственным, кто находился на грани истерики. Одни туристы нежились в термальной речке, другие, угостившись какао и исландской кровяной сосиской, безмятежно похрапывали на базе. Я метался туда-сюда между ними. Наконец, вдали показались фары джипов. Двух «Патрулей» и нашего «Эконолайнера», который починил в чистом поле консорциум из трех водителей. Крис выглядел так, как будто сбросил с плеч гору. Он сказал, что еще по дороге понял, что колпачки подключения переднего привода не работают. И не знал, как поступить: повернешь назад – застрянешь, но и вперед можно не прорваться. Крис принял верное решение: сверни мы назад, то ждать бы нам помощи в чистом поле: вдали от базы с огнем, какао и термальной речкой!
no images were found
Наша мини-группа воссоединилась. Оставшиеся в машине туристы рассказали, что у застрявшего в снегу джипа возникли проблемы с электричеством. Боже, как это знакомо! Ни что так быстро не опустошает аккумуляторы автомашин и мобильных телефонов, как сочетание мороза, солнца и аварийной ситуации. Об этом учат на курсах спасателей. Рассевшись по машинам, мы без приключений добрались до Рейкьявика – после полуночи. По пути искали северное сияние, которое не показалось, зато наблюдали масштабный звездопад. Всего наше путешествие продолжалось пятнадцать часов – две смены. Туристы горячо благодарили меня и Криса за наше маленькие приключение. Оно сделало тур незабываемым. Но продлись оно чуть дольше, и стало бы в тягость, было бы лишением. Но так вышло в самый раз!
no images were found
Мне нередко спрашивают, есть ли смысл в этих джип-сафари. Раньше мне казалось, что главными их героями являются сами суперджипы – большеколесные, мощные, брутальные. Потом авторомантика начала отходить на задний план: я по-прежнему люблю большие машины, но начинаю томиться от долгого в них пребывания, тяготея к пешим и конным походам. Да и непреложный закон о прямом соотношении между удаленностью трактора и размером джипа в Исландии никто не отменял.
Помимо техногенного мачизма есть и объективные причины любви к «джип-сафари». Если погода позволяет что-нибудь увидеть, то в ходе таких путешествий открываются несравненные и фантастические виды. Исландию лучше всего осматривать с борта парохода или из окна такого джипа-«лунохода», колесящего по дивным ландшафтам исландского высокогорья. В этом отношении на «джип-сафари» не жаль ни времени, ни денег, ни сил. Даже катаясь все лето по одному маршруту, я иногда наблюдаю такие чудеса, что сам начинаю верить в эльфов и троллей.
no images were found
В поездках на Ландманналёйгар мы совмещаем все жанры туризма. Те, кто склонен к авторадостям, вдоволь общаются с могучими машинами, узнают, как сдуваются и надуваются их тракторные шины, где под капотом находится компрессор, сколько стоит «арктический тьюнинг», и так далее. Любителям пешего туризма я предоставляю возможность побродить пару часов по невероятному – даже по исландским меркам – маршруту к Бреннистейнсалда, что переводится, как «серная волна». Это незабываемо: вначале бурелом из обсидиана – черного, как смола, вулканического стекла. Затем ароматные альпийские луга, скрытые в межгорье. А затем фумаролы, задействованные в производстве той самой волны сероводорода. По дороге попадаются куропатки, осенью выделяющиеся преждевременной белой окраской среди бурого лишайника.
no images were found
Есть и термальная речка – божественно расслабляющая, особенно в холодное время. Есть интересные места по дороге – предгорья Геклы – врата в исландский ад. Живописные водопады, которые не хочу описывать, потому считаю их своей тайной: не хотелось бы, чтобы туда приезжало столько людей, сколько ездит на Золотой водопад! Фантастические взрывные кратеры, которым исландцы дают нарочито «поэтические» имена – например, «уродская лужа». Каскады озер к северу от турбазы, где можно в полном одиночестве и за скромную плату ловит форель. «Исландские Помпеи» – ферма викинга, которую отрыли из под пепла, оставленного первым после заселения в Исландии человеком извержением Геклы. Голубые пики вдали. Тропа, названная как главная улица в Рейкьявике – Лёйгарвегур – «ручейковый путь». Она ведет от ручейков в Ландманналёйгар к перешейку между Эйафйатлаёкудлем и Мирдальсьёкудлем.
no images were found
Слышится что-то знакомое? Верно: тот самый вулкан, который парализовал летом 2010 года авиасообщение в Европе! Тяжело запоминать исландские названия? А иностранцам, думаете, легко читать Толстого и Достоевского? Фамилии – хуже, чем отчества у исландцев. А имена и того хуже: одного и того же персонажа зовут то Александр, то Саша, то Санёк, то почему-то Шура! Наконец, от Ландманналёйгар, что, кстати, переводится как «ручейки поселенцев», ведут дороги к Эльдгйау (Огненной пропасти) и на Спренгисандюр (взорвавшийся песок?) – местам, девственная красота которых взрывает мозг, а местами и песок.
no images were found
В летнее время я готовлю на Ландманналёйгар великолепную баранину на гриле. Повар я никакой, но исландская баранина не знает равных в мире, в чем убежден Ваш покорный слуга, в целом склонный к вегетарианству. Недовольных не бывает – даже в плохую погоду. И если водитель по совместительству готовится в отряд космонавтов, создавая невесомость в кабине. Чего я больше не делаю.
no images were found
Потому что в Исландии джип-сафари – это не понарошку. Это всерьез и надолго. Здесь джип-сафари – это не охота с джипа, а охота на джип! Чья? Да бог его знает – богов, эльфов, троллей, русалок, кого только не встретишь на девственных просторах исландского высокогорья. В мире, стиснутом между ледниками, реками и лавовыми полями, мы ничтожны, как снежные воробушки. Нередко бессильна наша техника. Тут нет иллюзий: это не пляжный рай, в котором человек мыслит себя в центре вселенной, это место, где вы познаете собственную беззащитность. И то, как вместе люди могу противостоять стихии. Здесь нужно быть сильными – исландцам и тем, кто едет в Исландию. Спасибо терпеливым, мужественным и красивым туристам, которые ездили со мною на джип-сафари 3 января 2014 года! Приезжайте снова – весной, летом, осенью, зимой – и снова весной! Исландия неисчерпаема, как возможности «дифендера», который по слухам снимают в следующем году снимают с производства, как летние программы фирмы «Джаз» на острове. Похоже на подхалимский тост? Нет, я просто верю в то, что делаю. Приезжайте!
no images were found
PS «Дифендер» нередко упоминается в этом посту потому, что, как утверждают интернет-мудрецы, посты про кошек и машины повышают посещаемость сайта.